Сердар Азмун
РПЛ
Лига Европы
Зенит
Иран
Поделиться:

Инстаграм Азмуна в шесть раз больше, чем у «Зенита». Он суперзвезда Ирана

Про Сердара Азмуна на этой неделе будут говорить все. Новый форвард «Зенита» впервые вышел в основе, забил два, отдал голевую и спродюсировал выход в 1/8 Лиги Европы. 

Азмуна можно изучать через разные цифры: голы (всего четыре за полгода в этом сезоне РПЛ с «Рубином»), деньги (12 млн евро за трансфер), возраст (24 года) или слухи про контакты с топ-клубами (очень много). 

Но показательнее всего навести фокус на инстаграм: 

У «Зенита» там 497 тысяч подписчиков (топ среди клубов России). 

У Сердара Азмуна − 2,9 млн.  

Все из-за его родного Ирана: там очень любят футбол, и молодой Азмун у иранцев − главная звезда. 

Вот несколько историй об этом.

«Для страны он футбольный бог» 

Азмун − классический золотой мальчик. Еще с юности страна готовит его для статуса лидера поколения. Он очень талантлив, харизматичен и заметен. Например, на этом командном фото со съемок официальных костюмов сборной Ирана к ЧМ-2018 заметно, как Азмун отличается от других футболистов даже внешне.

Азмуна рано опекают как молодую звезду. Еще в 2015-м администраторы сборной носились с ним особенно тщательно, а иностранные медиа уровня ESPN писали о нем материалы и сравнивали с Али Даеи − лучшим бомбардиром в истории сборной Ирана (больше ста голов). 

Вот что рассказывает про статус Азмуна Мария Командная в интервью Sport24: она одна из немногих журналистов, кто вытащил иранца на развернутое интервью:

«Популярность Азмуна в Иране просто космическая. Как только он выложил в инстаграм сторис со мной, на меня подписались где-то шесть тысяч иранцев, которые оставляли сотни комментариев на фарси.

После интервью мы продолжили общаться, сейчас иногда обмениваемся сообщениями. Сердар присылал мне фото своих лошадей, которых он просто обожает. Мы как раз рассказали об этом в нашем сюжете. Лошади у Азмуна самые элитные. На ипподроме Сердара вечно караулят тысячи фанатов, которые всегда знают, когда он в стране. После ЧМ в России все обожают Артема Дзюбу, но с безумием, которое окружает Азмуна, это не сравнится. Для Ирана Сердар как футбольный бог».

Кстати, про лошадей. И Туркменистан 

У Азмуна − десяток собственных лошадей. Часть из них участвуют в соревнованиях и берут призы. Несколько лет назад Азмун говорил, что, когда приезжает домой в родную провинцию, проводит в конюшне целые дни.

Он передавал привет домашнему региону, когда играл в Ростове под номером 69 − автомобильный код его Голестана.

Голестан − приграничный регион Ирана рядом с Туркменистаном. Поэтому у Азмуна есть туркменские корни, и он знает язык. Это сильно пригодилось, когда туркмен Курбан Бердыев брал юниора в «Рубин», где они даже общались между собой на туркменском во время игр, чтобы запутать соперников.

Хотя Азмун далек от тесной связи с Туркменистаном. Он бывал там в восемь лет, повторно приехал только в 2015-м на матч сборных и твердо говорил, что предан только Ирану.

Оскорбления родителей

Родители Азмуна живут вместе с ним в России (по крайней мере так было в Казани). В 2016 году в интервью «Р-Спорт» он объяснил, почему так: 

«Я не хочу, чтобы они работали. Мой отец работал волейбольным тренером в команде из моего города, она называется «Гондбад». Но однажды к нему очень неуважительно отнеслись, всего лишь один раз. После этого я попросил его не работать. Они любили его, но однажды он проиграл матч, и они повели себя неправильно. Теперь я отдаю все свои деньги отцу и матери». 

С отношением народа к его родителям связан самый громкий скандал страны прошлого года. Вскоре после провального для Ирана чемпионата мира Азмун опубликовал в инстаграме пост и объявил, что уходит из сборной (уже удален). Причина − болезнь мамы, чье состояние ухудшается, когда она читает огромные потоки негатива от обиженных иранцев.

Критика чиновников

В октябре Азмун все-таки вернулся в сборную. Уговаривал его лично Бердыев − все знают, что для него это почти единственный авторитет кроме отца. Но после возвращения Азмун сохранил недовольство. Теперь он копилось к менеджерам команды плюс политикам и выплеснулось после обидного вылета в полуфинале Кубке Азии этой зимой.

Такой суровый монолог Азмун выдал со ссылкой на издание Tehran Times:

«Все, что говорит Федерация футбола Ирана − ложь. Она ничего не сделала для нас, и Катар заплатил для нас за все в тренировочном лагере. Мы прилетели в Тегеран эконом-классом, а это может навредить здоровье тех, кто, как я, хотел сыграть все 90 минут. Они также сказали, что дали нам денежный приз за победы над Оманом и Китаем, но они ничего не давали. Нам не нужны награды, мы просто хотим, чтобы они не лгали.

Как мы могли выиграть титул при таких обстоятельствах? Тем более с самого начала многие оказывали на нас давление, говоря, что Иран должен выиграть этот титул».

Не до конца понятные отношения к законам Ирана

Азмун − мусульманин. Он чтит основные правила, читает суры и планирует однажды изучить Коран системно. Сердар редко дает интервью, не бывает на вечеринках, скрывает личную жизнь и никогда не делает эпатажных поступков.

Все это полностью укладывается в идеологию современного Ирана, где в рамках теократии государственные законы неотделимы от норм ислама.  

При этом есть пара моментов вокруг Азмуна, которые не до конца понятны.

К примеру, татуировки. Иран официально против, но у Азмуна их две. Это надписи «Люби меня таким, какой я есть» и «Никогда не забывай, откуда ты». 

Другой интересный пункт − дружба с певцом Arash. Они неоднократно тусовались вместе и постили об этом фото. Но Arash −наполовину иранец − не может выступать со своей музыкой на территории страны и вообще живет в Дубае, а на «Евровидение» ездит от Азербайджана.

Мария Командная в том же интервью Sport24 рассказывала, что Азмуну важно поделиться свой культурой и что он писал ей до мировой трансляции с мероприятий ЧМ-2018: «Когда стало известно, что я буду вести жеребьевку чемпионата мира, меня атаковали иранцы — четыре года назад такое же пережила Фернанда Лима. Причем писали не только мне, но и Сердару. Что-то вроде: «Ты знаком с Марией, пожалуйста, попроси ее, чтобы она надела на церемонию скромное платье, чтобы мы смогли посмотреть жеребьевку в прямом эфире». В противном случае трансляцию бы прервала иранская цензура. Накануне жеребьевки мы списались с Сердаром, он передал мне: «Иранский народ просит тебя одеться поскромнее». Я ответила, что все будет нормально, все останутся довольны. Азмун написал в сторис, что я с уважением отношусь к традициям его народа и в курсе всей ситуации. Тогда и ему, и мне пошли благодарности».