Шакил О’Нил
НБА
баскетбол
Майами Хит
Лос-Анджелес Лейкерс
Поделиться:

Гигантский Шакил – история любви и ненависти. Обожал свой вес, несмотря на ссоры с партнерами и диеты

Спросите у друзей, которые не интересуются баскетболом, узнали ли они Карима Абдул-Джаббара в последнем клипе Linkin Park на песню Good Goodbye? А Патрика Юинга в роли Ангела Смерти в третьей части фильма «Изгоняющий дьявола»? В лучшем случае они будут путать Денниса Родмана и Уэсли Снайпса, но такие люди признают Шакила О’Нила, где бы он не появился.

Огромный и харизматичный весельчак приблизился к Майклу Джордану по олицетворению баскетбола в глазах обычных людей. Можно ничего не знать о броске с отклонением Брайанта или о лысине Леброна, но О’Нила хотя бы раз видел каждый. Уникальность фактуры легендарного центрового обеспечила ему узнаваемость, а его характер наполнил этот образ жизнью.

Уникальность и детские проблемы

При росте 216 сантиметров Шак весил 160 килограммов (в лучшие годы бывало и 190). Это обеспечило ему попадание не только в Зал Славы НБА, но и в пятерку самых толстых баскетболистов в истории лиги. Нет ничего фантастического в том, чтобы быть большим и толстым. Только Шакил все равно выделялся.

Официальная длина его ладони – 10,25 дюймов, что равняется примерно 26 сантиметрам. Современные звезды НБА Кавай Ленард и Яннис Адетокумбо близки к Шакилу, но у них руки все равно меньше (9,75 и 9,85 дюйма соответственно). Один человек О’Нила все-таки обошел. Это звезда «Джона Уика» и центровой «Далласа» Бобан Марьянович – его ладонь выросла до 10,75 дюйма.

«Я хотел бы поблагодарить мою маму Люсил. Мы жили вдвоем в северном Нью-Джерси и она воспитывала меня в одиночку. Первое, что я помню из детства – это твой спор с водителем автобуса. Мужик просто отказывался верить в то, что дети в два года бывают такими огромными. Окончательно его убедил только твой удар с правой», – эти слова Шак произнес на церемонии введения в Зал Славы в 2016 году.

Когда-то давно Шакилу и его матери действительно было сложно жить. В те редкие моменты, когда вопрос не решался ударом в челюсть, мать О’Нила таскала с собой свидетельство о рождении сына. Водитель автобуса был далеко не последним человеком, в голове которого никак не укладывалась информация про возраст мальчика и его внешний вид. 

Биологический отец Шакила Тони был наркозависимым и ожидаемо оказался в тюрьме, когда его сын еще был младенцем. Отсидев, он не захотел возвращаться в семью, в которой для него уже и не было места. Мать игрока встретила сержанта армии США Филиппа Харрисона. Тони отказался от родительских прав в его пользу, а Шакил получил жесткого отчима.

«Говоря откровенно, отец регулярно меня колотил. Когда я где-то косячил, он лупил меня и говорил «всегда будь лидером, а не ведомым». Я дико боялся отца. Но не могу сказать, что получал я незаслуженно. Честное слово, если бы не воспитание отца, я бы уже мотал срок или того хуже. Эта школа сделала меня тем, кто я есть», – говорил сам Шакил.

Писавшая его биографию Джеки МакМиллан придерживается иного взгляда на эту историю:

«Как-то раз отец Шакила пришел домой и просто вмазал по лицу сыну, который не сделал ничего плохого. Когда мальчик спросил за что – тот ответил «Сейчас будем смотреть, как парень играет в баскетбол. Он играет в НБА и зарабатывает 15 миллионов долларов, а ты тут бездельничаешь и ведешь себя как придурок». Они смотрели на игру Джона Кончака. 

После окончания матча отец повернулся к сыну и сказал «Смотри и думай, если ты будешь относиться к себе должным образом, то когда-то тоже будешь зарабатывать столько же». У меня язык не поворачивается назвать это поучительной историей. Родители Шакила уже давно не вместе и жестокость отца здесь также сыграла свою роль», – поделилась своим мнением журналистка в 2011 году.

Работа военного подразумевала частые переезды, а потому однажды семейство Хиррисонов оказалось в Сан-Антонио. Там Филипп брал своего 15-летнего сына на военную базу, где тот играл в баскетбол с солдатами. Уже тогда Шак выделялся с ростом более двух метров и весом под 110 килограммов, но его все равно задирали. Военные кричали ему «Эй кабан, тебе ничего в баскетболе не светит, будешь служить как отец». Как вспоминал сам О’Нил, после таких случаев он возвращался домой и ревел в подушку.

Зажатый в тиски между жестоким отцом, планирующим использовать его природные данные с максимальной пользой, и общественностью, которая потешалась над ним из-за этих же природных данных, Шакил вырабатывал защитную реакцию: «Я так сильно комплексовал по поводу своих размеров, что всегда старался выглядеть шутом – мне так было проще справляться».

Ссоры с Брайантом и жесткие требования к весу

В «Орландо» О’Нил ворвался подобно урагану в хлипенький сарай. Первый же свой сезон на взрослом уровне он закончил со статистикой в 23 очка и 14 подборов и поехал на Матч Всех Звезд. Это был всего лишь четвертый сезон в истории франшизы «Мэджик», ранее клуб никогда не добирался даже до отметки в 50% побед. Неудивительно, что в Шаке тут увидели счастливый билет в светлое будущее. Здесь его вообще не критиковали.

Все изменилось после перехода в «Лейкерс» и встречи с Брайантом. В Лос-Анджелесе Шак наконец утвердился в статусе не просто одного из лучших баскетболистов лиги, а настоящей суперзвезды. О’Нил уже появлялся в кино, но только после появления в Калифорнии он полноценно ворвался в телевизор. Именно тут сформировался образ всеми любимого Шака. Тогда же в разы возрос уровень внимания к О’Нилу-баскетболисту. Брайант добавил штрихи в общую картину.

«Джерри Уэст часто говорил мне, что у меня есть то, чего так не хватало Кариму – способность находить общий язык с одноклубниками. Он повторял, что моя харизма может стать важнейшей составляющей успеха команды, если я буду использовать ее правильно. И он собирался напоминать мне об этом каждый раз, когда я делал что-то не так.

Когда я только перешел в «Лейкерс», у нас было несколько новичков. Им конкретно от нас доставалось. Таскать сумки или бегать за едой – это нормальная практика во многих клубах. Может быть, мы немного перегнули палку. Дерек Фишер мужественно терпел все трудности, а Брайант просто пошел и сдал нас Джерри. Меня вызвали в кабинет к Уэсту и тот меня просто распял», – рассказывал О’Нил.

С первого же своего сезона в лиге Коби Брайант дал понять, что он не будет ничего замалчивать. Там, где клуб мог прикрыть какие-то косяки своей звезды, на него обрушивался беспощадный перст справедливости Брайанта.

«Дело было так. Я сижу без нового контракта, я на нервах, Коби психует из-за грозящей ему тюрьмы (знаменитое дело с изнасилованием), потому мы начинаем вымещать злость друг на друге. Перед стартом сезона нам прямо заявили: «Больше чтобы никакого выяснения отношений в прессе, или нарветесь на штраф».

О конфликте все знали, но Митч ничего не делал. Мэджик тоже не говорил ничего. Карл Мэлоун и Гари Пэйтон были в ярости и Филу все надоело. Он решил поговорить со мной, и я сказал: «Окей босс, я вас понял, заканчиваем. Что делает Коби? Идет на интервью к Джиму Грэю и подробно рассказывает о том, что у меня проблемы с лишним весом и что я в ужасной форме», – говорил О’Нил.

В клубе старались максимально аккуратно работать над кондициями О’Нила. Ему давали больше отдыха и не наседали с жесткими требованиями. Трудоголику Брайанту это казалось подачками для ленивой звезды, пока он пахал в зале круглыми сутками. Стоило им приблизиться друг к другу, как тут же происходила бурная реакция и брызги разлетались на всех вокруг. В этой истории не было правых и виноватых (хотя сам О’Нил, конечно же, считает иначе) – просто сложно найти настолько разных по характеру людей.

Шак никогда не отрицал своих перманентных проблем с формой. Он шутил, что специально набирает «парочку» килограммов летом, чтобы скидывать их по ходу сезона и выходить к плей-офф в лучшей форме. Никто не мог сказать, что в плей-офф О’Нил когда-нибудь играл хуже, чем в регулярном сезоне – потому все нехотя, но принимали такое положение вещей. Кроме Пета Райли.

Брайант все-таки добился своего – Шак уехал в «Майами». Райли уже не был тренером, но он не отходил далеко от дел, всегда оставаясь где-то рядом с процессом. В клубе из Флориды О’Нил завоевал еще один чемпионский перстень, но эти годы дались ему сложнее всего. Центровой не раз называл «Хит» тюрьмой, в которой все находятся в страхе перед комендантом Петом.

В «Майами» работала жесткая система по контролю за уровнем жира: максимум 6% для игроков задней линии, 7-8% для форвардов и 10% для центровых. И Райли готов был чуть ли не с палкой следить за соблюдением норм. Он мог не находиться в зале, но у него были расставлены камеры, поэтому он всегда знал когда кто-то халтурил.

Вот, что рассказывал об этом сам Шак: «Я много слышал о характере Пета и штуках, которые он может вытворять. Он залетал к нам в раздевалку в перерывах, мог сломать доску или зашвырнуть магнитофон об стену. Мы уже перестали считать, сколько раз он переворачивал урны. Я уверен, что все это было не вспышками ярости. Он специально создавал такую атмосферу, в которой никто не мог позволить себе расслабиться».

Стоит ли говорить, что О’Нил практически всегда первым получал от Пета, а заветная норма в 10% жира была для него просто нереальной целью. «Никогда раньше мой вес не мешал мне завоевывать титулы. Да, ребята в «Майами» внешне выглядели куда лучше нас, но что-то я не видел их, когда нам вручали перстни», – ругался Шакил.

Неудивительно, что все тоже закончилось конфликтом. Райли и О’Нил сцепились во время тренировки и наговорили друг другу резких слов. К тому моменту изведенный жестокими тренировками Шак уже и сам задумывался о переходе в другую команду, потому теперь не думал, а сразу позвонил агенту. Сам он потом обвинял во всех проблемах Райли с его тренировками. О’Нил заявлял, что травмы были именно от желание заставить его похудеть.

Макароны от мамы и спортивная диета

Сколько ему вообще нужно еды? Любимым блюдом маленького Шака были макароны с сыром от мамы. Он мог есть их целые сутки. Исключение делал только для жареной курицы, также по секретному рецепту Люсил. Уже потом, когда Шакил стал профи, он ограничил употребление любимого блюда. Добирался до него только летом, а в сезоне придерживался диеты.

Составлять диету для парня, которому в день нужно 5000-5500 калорий – дело непростое. Стандартный завтрак Шака состоял из сэндвича с индейкой: тосты из пшеничного хлеба, обезжиренный майонез, пара ломтиков индейки, пара ломтиков сыра, колечко помидора и листья салата. Вопрос был только в количестве. В дни тренировок он мог съедать по восемь штук за раз. Привычная закуска в таких случаях – дюжина яиц.

Это может кого-то удивить, но О’Нил не любит кофе. Он как-то признался, что никогда даже не пробовал этот напиток – просто никто в его семье не пил кофе. Бодрости ему и так хватает, потому можно ограничиться и чаем, либо соком. Уже в НБА О’Нил обзавелся и личным поваром, который следил за его правильным питанием. Потом даже он не смог уберечь О’Нила от набора веса, когда тот закончил карьеру. Причина банальна – медленный обмен веществ.

Даже во время активных выступлений Шакил много трудился, чтобы оставаться в форме. Дав себе послабление, он тут же начал набирать вес. Шак взялся за себя, когда его пригласили на телевидение. Он перестал есть мучное и перешел на белковую диету. Теперь его рацион состоит из омлета (Shaq McMuffin) на завтрак, после чего с перерывами в несколько часов идут салаты, овощи, плотный обед из курицы или рыбы, орехи и что-то аналогичное на ужин.

Мать Шака сейчас живет в соседнем доме, но экс-баскетболист разрешает ей готовить только по большим праздникам. Для наличия еды в доме есть специальные повара. Жаль только одно: секрет приготовления макарон с сыром Люсил так никому и не раскрыла. Их она все еще готовит сама.

Телеграм-канал автора

Чтобы не потерять гол — подпишись на соцсети. там удобно и интересно