Локомотив (х)
КХЛ
Хоккей
Поделиться:
Комментарии:
1

Единственный выживший в авиакатастрофе «Локомотива». Сейчас он работает авиатехником и не дает интервью

7 сентября 2011 года ярославский «Локомотив» поехал на первый матч сезона КХЛ в Минск. Самолет с хоккеистами и тренерами, разгоняясь, набрал маленькую высоту, столкнулся с радиомаяком и врезался в землю на берегу реки Туношонки.

На борту было 45 человек. 43 погибли сразу. Один из выживших – хоккеист Александр Галимов – умер через пять дней в реанимации. Другой – инженер по авиационному и радиотехническому обслуживанию Александр Сизов – остался жив.

Сизова обнаружил заместитель начальника полиции по оперативно-разыскной деятельности Александр Трудоношин: «Мы с напарником Александром Махановым увидели в реке живого человека. Это был Александр Сизов. Он стоял по грудь в воде, примерно в 3–4 метрах от берега, и держал на руках тело — судя по форме, одного из членов экипажа. Вокруг него все горело. Вода горела. Он находился в шоковом состоянии. Мы прыгнули в реку и помогли ему выбраться на берег».

Сизов был доставлен в ярославскую больницу в стабильно тяжелом состоянии. Через день самолет МЧС России перевез Сизова в Москву. В реанимации он был введен в медикаментозный сон, чтобы избежать шока, и подключен к аппарату искусственной вентиляции легких.

На тот момент у Сизова были диагностированы ожоги 15% тела, а также переломы обоих бедер, свода черепа, ребер. Позже хирурги сделали операцию на бедре. 12 сентября Сизов переместился в обычную палату. Состояние – средней тяжести.

Примерно через десять дней Сизов прошел первый допрос по уголовному делу о крушении самолета, через месяц – дал первое интервью. Он рассказал Первому каналу: «Через какое-то время пассажиры стали волноваться, почему не взлетаем, немного времени прошло, я понял, что по грунту идем. С грунта взлетели, и я понял, что заваливается самолет, и сейчас мы разобьемся».

Сизов находился в салоне на последнем ряду и не был пристегнут. «В момент удара все полетело, и меня чем-то сильно ударило, потому что правая сторона вся поломана. В воде я уже, честно говоря, ничего не видел, ничего вокруг практически не замечал – ни пожара, ни самолета – ничего».

Со спасателями Сизов с тех пор не связывался. «Я его понимаю. Ситуация такая, что ее никогда не забыть, но лучше и не вспоминать», – говорил Трудоношин.

После лечения Сизов продолжил работать авиатехником в ОКБ имени Яковлева в Жуковском. С журналистами разговаривать отказывался. В феврале 2015-го он приехал в суд, где выступал как свидетель. Дал показания и сообщил, что полет должен был состояться 6 сентября, но был перенесен: вероятно, чтобы не проводить лишний день в Минске.

На суде он также подтвердил, что задремал. Проснувшись, увидел, как самолет взлетел, задрав нос, и завалился набок. Дальше – столкновение и потеря сознания.

С журналистами Сизов не хотел общаться в том числе и поэтому: «В газетах опубликовали якобы мой снимок из больницы, с перевязанной головой. Он и в интернет попал. Но это не я. А пациент из соседней палаты. Разве так можно?» Единственное известное интервью у Сизова вышло с журналистом «Труда» в конце 2013 года. Он узнал домашний адрес и пришел к нему домой.

«Все у меня нормально. Вот кухня, квартира, мебель. И работаю нормально, здесь же, в Жуковском, в ОКБ имени Яковлева, авиатехником», – подтвердил Сизов. Разговор во многом не сложился – семья Сизова была против общения с журналистом.

В сентябре 2015 года Ярославский районный суд обвинил заместителя гендиректора по организации летной работы авиакомпании «Як Сервис» Вадима Тимофеева. Статья 263 УК РФ – «нарушение правил эксплуатации воздушного транспорта с тяжкими последствиями». Вердикт – пять лет лишения свободы, но освобождение по амнистии.

В ноябре 2017-го дело было закрыто.

Комментарии (1)
Часто используемые:
Эмоции:
Популярные
Новые
Первые
vladik12
07 сентября, 14:53

Ярославль помнит.

ответить