Однажды Сальвадор сбросил бомбу на Гондурас после футбола – так началась война, которая продлилась 100 часов. Рассказывает ютуб-канал «Хочу домой»

Ютуб-канал «Хочу домой» [1,1 млн подписчиков] о «путешествиях, в которые вы не поедете» запустил новый формат «Планета обезьян», где автор Леонид Пашковский рассказывает об уроках безумной географии – смешение истории, культуры и политики. Пашковский прокомментировал для «Гола» идею создания:

«Интересных и абсурдных историй, связанных с географией и политикой, которые хотелось бы рассказать на канале «Хочу домой», можно набрать сотни. И просто физически не получится снять их все в привычном формате тревел-репортажа – это слишком сложные и долгие съемки. Поэтому я попробовал некоторые из них рассказывать в формате аудиоспектакля, чтобы можно было и слушать как увлекательный и погружающий в атмосферу подкаст, и смотреть как визуальную историю».

Первый выпуск – о войне между Сальвадором и Гондурасом, которая началась после отборочных матчей к ЧМ-1970 в 1969 году. Вы можете посмотреть полное видео, а мы сделали его свободный пересказ.

Самоубийство болельщицы из-за поражения, кидания дохлых крыс в команду, грязная половая тряпка вместо флага

8 июня 1969 года. Воскресенье. В столице Гондураса Тегусигальпе сборные Гондураса и Сальвадора проводили отборочный матч к ЧМ-70. Сборная Сальвадора приехала в Тегусигальпу в субботу и не спала всю ночь: толпы болельщиков Гондураса окружили ее отель, орали, кидали камни в окна, били палками по жестяным листам и пустым бочкам, все ночь запускали фейерверки и не убирали рук с гудков машин.

Идея – соперник не выспится и проиграет. На следующий день Гондурас победил сонный Сальвадор со счетом 1:0. 18-летняя Амелия Боланьос сидела перед телевизором, когда на последней минуте был забит победный гол. Девушка подбежала к столу, схватила пистолет отца и выстрелила себе в сердце. Сальвадорская газета El Nacional написала: «Девушка не смогла смотреть на то, как ее родину поставили на колени».

Весь город пришел на ее похороны. Почетный военный караул маршировал впереди процессии с флагом. За гробом шли президент и министры, за ними – 11 футболистов сборной, которые прилетели из Гондураса. Чтобы сесть на самолет, они пробирались через толпу местных болельщиков, которая высмеивала, освистывала и плевала в игроков.

Через неделю в Сальвадоре прошел ответный матч. В этот раз всю ночь не спала сборная Гондураса: орущая толпа фанатов разбила все окна отеля и забросала номера футболистов тухлыми яйцами и дохлыми крысами. Игроки приехали на стадион в сопровождении армии. Тренер Гондураса Карлос Падилья вспоминал: «Мы ехали на стадион как на войну. На наш автобус бросались люди с камнями и мачете. В нас летело все – от бутылок до дохлых крыс».

Под звуки гимна Гондураса вместо флага на флагшток поднялась грязная половая тряпка с дырами, потому что сам флаг перед этим был демонстративно сожжен. Команда думала не об игре, а о том, как выбраться с поля живой. Падилья сказал: «Нам чертовски повезло, что в том матче мы проиграли». Сальвадор выиграл со счетом 3:0.

Болельщикам Гондураса повезло меньше: избитые и покалеченные, они потянулись в сторону границы, двое умерли, многие попали в больницы, 150 машин были сожжены. Через несколько часов границу между Гондурасом и Сальвадором закрыли.

После сброшенной на Тегусигальпу бомбы город остался без электричества, а полиция сгоняла сальвадорцев в лагеря на футбольных стадионах

Спустя две недели после последнего матча над Тегусигальпой появился военный самолет, который на закате пролетел над городом и сбросил бомбу. Эхо разнеслось так сильно, что люди подумали о нескольких взрывах. Ветеран войны Адриан Панаменьо говорил: «Мы кружили на самолетах и искали лучшее место, чтобы начать бомбардировку. Сделали три захода и улетели. На земле не было мирных жителей – только лес. Мы бросали бомбы на военных».

Город моментально накрыла паника: торговцы закрыли магазины, люди бросили машины посреди улиц и разбежались по домам. Тегусигальпа погрузилась в полную тишину и тьму. По радио прозвучало объявление: «Мы не преступники, в отличие от глупых солдат, которые вчера сбросили бомбы на мирное население наших городов».

Его на диктофон записал Том Айсом – доброволец «Корпуса мира». Он вспоминал: «Мы услышали объявление из громкоговорителей на городской ратуше: «Все мужчины в хорошем физическом состоянии должны немедленно явиться». Комната была забита людьми. Все сидели с фонариками, потому что не было электричества. Свет фонариков отражался от мачете, которые были у них с собой».

В объявлении звучало: «Вооруженные силы Гондураса имеют строгую инструкцию атаковать только те пункты, которые жизненно важны для развития трусливой агрессии, осуществляемой нецивилизованными жителями соседней республики». Ричард Капущинский – единственный иностранный журналист, который оказался в стране в тот день. Он написал книгу «Футбольная война». Его воспоминания:

«Я побежал в отель, засунул лист бумаги в печатную машинку и попытался написать телеграмму в Варшаву. Знал, что мог быть первым, кто сообщит миру о событиях в Центральной Америке. Но в комнате была кромешная тьма, поэтому я ничего не видел. Я наощупь пробрался на ресепшен и попросил свечу. Зажег ее и включил радио.

Диктор зачитывал сообщение правительства Гондураса о начале военных действий с Сальвадором. Армия противника нападала на страну по всей линии фронта. Я писал: «Тегусигальпа. 14 июля. Сегодня в шесть часов вечера ВВС Сальвадора атаковали четыре города в Гондурасе. Одновременно с этим армия Сальвадора пересекла государственную границу. В ответ на агрессию ВВС Гондураса атаковали важнейшие индустриальные и стратегические цели в Сальвадоре».

С раннего утра горожане рыли траншеи и строили баррикады, готовясь к осаде. Женщины делали запасы продуктов и крест-накрест заклеивали окна. В городе была паника. Все утро полиция Гондураса свозила оказавшихся в это время в стране сальвадорцев во временные лагеря, организованные на футбольных стадионах. К вечеру прибыли другие иностранные журналисты – около 40 человек. Они приезжали на автобусах из Мексики, потому что аэропорт Гондураса был закрыт.

«Как можно рисковать своей жизнью, если даже не знать за что?» – «Когда живешь в деревне, лучше не задавать вопросов»

Город Санта-Роза находился на главной линии атаки – на пути, соединяющем Атлантический и Тихий океаны. Сальвадор хотел захватить Гондурас, у которого был выход к Атлантическому океану. Так Сальвадор превратился бы в мощную страну с выходом сразу к двум океанам.

Ричард Капущинский оказался на линии фронта: «Более бедный и слабый Гондурас отчаянно защищался. Через окна бараков мы видели отряды молодых солдат, стоявших нестройными рядами. Это были низкорослые темнокожие мальчики. Все – напуганные индейцы с напряженными лицами, но готовые драться. Пришел священник и окропил их святой водой.

Мы ехали на фронт в открытом пикапе. Первые 40 км прошли без происшествий. Дорога уходила все выше в горы и вилась среди холмов, окутанных тропическими зарослями. Склоны были покрыты глиняными хижинами, некоторые из них были сожжены. В одном месте мы встретили нагруженных узлами с вещами жителей целой деревни, которые плелись по дороге. В другом – толпу крестьян в белых рубашках и сомбреро, которые размахивали мачете и ружьями.

Взрывы артиллерии были слышны где-то очень далеко. Мы продолжали ехать. Дорога петляла между деревушкой Сан-Франциско. Начался серпантин. Один поворот сменял другой, и внезапно за одним из них мы оказались в гуще войны: кругом бегали и стреляли солдаты, пули пролетали над головами, длинные автоматные очереди трещали по обеим сторонам дороги.

Все бросились врассыпную. Я побежал туда, где мне казалось, что будет безопаснее всего, спускаясь все дальше и дальше от того проклятого поворота. Скатывался по скользкой глине и зарывался поглубже в лес, но далеко не убежал, потому что внезапно передо мной затрещали ветки и раздались выстрелы. Я упал и прижался к земле.

Когда я осмелился открыть глаза, увидел перед собой кусочек земли, по которому ползали муравьи. Они бежали по своим дорожкам друг за другом в разных направлениях. Это было не самое лучшее время, чтобы наблюдать за муравьями. Но сам вид того, как они маршируют, вид другого мира и реальности возвращал меня в сознание. Я лежал среди густых зарослей, изо всех сил зажимал руками уши, уткнулся носом в грязь и смотрел на муравьев.

Не знаю, сколько это продлилось. Когда я поднял голову, мой взгляд уперся прямо в глаза солдата. Слава богу, что это был гондурасец, а не солдат противника. Его отряд прорывался через лес, когда наш пикап попал в гущу событий. С того места, где я лежал на земле, можно было увидеть резиновые подошвы солдат, которые уходили вперед.

Парень, который меня нашел, показал в их сторону и сказал: «Сеньор, посмотрите на эти ботинки». Он не отрываясь смотрел на обувь своих сослуживцев, пока они удалялись. Потом моргнул, что-то взвесил у себя в уме и с надеждой произнес: «Вся моя семья ходит босая». С ним мы начали пробираться через лес. Стрельба замедлила нас на момент, и солдат устало остановился. Он шепотом сказал мне не уходить с места, пока сам вернется назад – туда, где дрался его отряд.

Солдат сказал, что живые точно продвинулись вперед, потому что у них был приказ идти к самой границе. Мертвые лежали на поле боя, ботинки им уже точно не понадобятся. Он хотел собрать побольше обуви, спрятать в надежном месте и забрать, когда закончится война. Тогда ему хватит ботинок на всю семью. Солдат уже посчитал, что выменяет в магазине одну пару армейских ботинок на три пары детской обуви. У него дома были девять детей.

По пути я спросил солдата, почему они воюют с Сальвадором. Он сказал, что не знает, что это государственные дела. Я спросил: «Как можно рисковать своей жизнью, если даже не знать за что?» Он ответил: «Когда ты живешь в деревне, лучше не задавать вопросов, потому что они вызывают подозрения деревенского главы, который может отправить на дорожные работы. Из-за этого придется покинуть семью и ферму». Так бы он не смог выращивать еду, а по возвращению его бы ждал еще больший голод».

300 тысяч сальвадорцев заняли земли Гондураса – это привело к войне, которая продлилась 100 часов

«Говорят, что это была футбольная война. Забудьте об этом. Это был конфликт из-за земли», – рассказывал один из военных. Между Сальвадором и Гондурасом нет больших социальных или исторических различий. Большая часть населения стран – метисы, которые говорят по-испански и исповедуют католицизм. Их флаги очень похожи.

Игрок сборной Гондураса Марио Мендоса после войны сказал: «Сначала мы с ребятами сильно переживали, что война началась из-за футбола. Но потом поняли, что дело не только в игре – были другие факторы. Политики и военные воспользовались ситуацией, а футбол нельзя втягивать в такое. Это просто позор». Конфликт копился много лет.

Сальвадор – самая маленькая страна Центральной Америки с самой большой плотностью населения в западном полушарии. 2/3 жителей не владели никакой землей. Гондурас примерно в шесть раз больше Сальвадора, но его население в два раза меньше. Там было много свободной земли, которую никто не занимал, поэтому самые бедные сальвадорцы уезжали в Гондурас и нелегально занимали территорию, где строили целые деревни.

В 1969 году их было уже больше 300 тысяч. Крестьяне из Гондураса поняли, что это неправильно, и потребовали землю себе. Власти провели земельную реформу и начали перераспределять территории, на которых поселились сальвадорцы = 300 тысяч человек должны были вернуться на родину, где у них ничего не было. За несколько месяцев до войны началась массовая депортация сальвадорских нелегалов.

Газеты и радио обеих стран разжигали взаимную ненависть и называли друг друга нацистами, гномами, садистами, пауками и ворами. Например, надпись на одной из листовок в Гондурасе: «Сальвадорцы, если вы считаете себя приличными людьми, ради приличия покиньте Гондурас. Если вы как большинство – пьяницы, воры и преступники, то нам не нужны. Убирайтесь или ждите наказания».

Десятки тысяч сальвадорцев вернулись домой, но правительство не справлялось с большим потоком мигрантов. Обеими странами управляли военные, которые зависели от США и не знали, как разруливать такие внутренние проблемы. На фоне этого прошли футбольные матчи.

Ричард Капущинский рассказывал: «Через несколько часов мы добрались до месторасположения военных. Командир батальона сидел в брошенной хижине и слушал радио, где диктор сообщал новости с фронта: «Правительства многих стран Латинской Америки, Европы и Азии хотят поскорее закончить войну между Сальвадором и Гондурасом и уже сделали соответствующие заявления».

После этого диктор перешел к другой новости: «Космический корабль «Аполлон 11» был успешно запущен с мыса Кеннеди. На нем трое астронавтов – Армстронг, Олдрин и Коллинз – направляются к Луне, чтобы высадиться на ее поверхности. Человечество стало еще ближе к звездам, открывая новые миры и устремляясь в дальние галактики. Поздравления приходят в Хьюстон со всего мира. Все человечество радуется торжеству разума и здравого смысла».

Война продлилась 100 часов, но шесть тысяч человек погибли, более 12 тысяч – ранены, 50 тысяч – потеряли дома и фермы, многие деревни были разрушены. Границы стран остались прежними, большинство мигрантов осталось в Гондурасе. После этого конфликта в Сальвадоре началась гражданская война, которая затянулась на 13 лет.

***

Третий матч между Сальвадором и Гондурасом прошел на нейтральной территории – в Мексике. Сальвадор выиграл со счетом 3:2. Фанаты сидели в разных частях стадиона, между ними – пять тысяч вооруженных дубинками мексиканских полицейских. Сальвадор прошел на чемпионат мира [где попал в группу к СССР], но занял последнее место.

Этот контент не поддерживается в AMP-версии. Соцсети используют ее для скорости. Посмотрите в полной версии «Гола»