Футбол
Александр Кержаков
Леонид Брежнев
Виктор Понедельник
Валентин Гранаткин
Алексей Хомич
Поделиться:
Комментарии:
7

Еженедельник «Футбол» − главный журнал поколений. Как он жил, почему был культовым и что с ним стало

«Футбол» начинал как приложение «Советского спорта», менял название из-за Брежнева и зарабатывал больше, чем клубы СССР

Рассказ Андрея Старостина о разгроме Польши сборной СССР в Москве (7:1), тактический разбор позиции атакующего полузащитника от Бориса Аркадьева, блок про Пеле – вырезанные гланды, усыновление трехлетнего мальчика и «О, я уже буду староват, мне исполнится 24 года».

Так выглядел первый номер еженедельника «Футбол», который вышел в мае 1960 года. Стартовые 16 страниц, куда вошли комментарии братьев Старостиных и Бескова, собирались дома. Главным редактором стал Мартын Мержанов [играл в воротах в «Унионе» из Краснодара, был военным корреспондентом в газете «Правда» и работал в «Огоньке»].

Еженедельник «Футбол» появился как воскресное приложение к «Советскому спорту» – отделение произошло только через 30 лет. Идею создания на пленуме предложил председатель Федерации футбола СССР Валентин Гранаткин. Он считал, что пресса слабо разбирала советский футбол и нужно отдельное издание.

Через шесть лет главным редактором стал Лев Филатов, который до этого писал для «Советского спорта». В декабре 1967-го, когда в Москве шел первый международный хоккейный турнир, «Футбол» превратился в «Футбол-Хоккей», а на обложку 49-го номера попал портрет хоккеиста. Официальная версия: хоккей стал популярным. Другая версия: на переименование еженедельника напрямую повлиял Леонид Брежнев, который любил хоккей, ходил на стадионы, где в перерывах играл в домино, и иногда курил во время матчей, если разрешали врачи.

Бывший журналист «Спорт-Экспресс» Сергей Микулик рассказывал: «Под названием «Футбол» издание счастливо жило с 1960 по 1967 годы. А затем однажды к референту Брежнева вызвали ответственного сотрудника спорткомитета, которому задали один простой вопрос: «Генеральный секретарь интересуется хоккеем и хотел бы уточнить, какие у нас в стране есть издания по этому виду спорта?»

Тому ответить было нечего – выходил только еженедельник «Футбол». Человек из спорткомитета попросил на решение вопроса два дня. И «Футбол» срочно переименовали в «Футбол-Хоккей» ввиду «явно возросшей популярности хоккея», хотя уже много лет до этого наша сборная стала прибирать к себе все золото на Олимпиадах и чемпионатах мира».

та самая обложка с хоккеистом

Журналист Валерий Винокуров [работал обозревателем в «Футболе» с 1965 по 1982 год] вспоминал, как на годовое партийное собрание по «Советскому спорту» приехал председатель комитета по физической культуре и спорту СССР Сергей Павлов и заведующий отделом пропаганды ЦК КПСС по спорту Марат Грамов. Важная тема их выступления – прибыль и популярность еженедельника «Футбол»:

«Ведь тогда же тираж был два миллиона, на таком же листе бумаги, на котором печатался «Советский спорт». «Футбол» стоил пять копеек, а «Советский спорт», у которого тираж был больше, – две копейки. Поэтому доход от еженедельника «Футбол», в котором штат состоял из 4-5 человек, был очень большим.

Цифры я сейчас не помню, конечно же, а вот доход от еженедельника «Футбол» превзошел заработок всех команд (16 или 18 тогда их было, сейчас уже не вспомнишь). То есть в Спорткомитет СССР поступило денег от еженедельника «Футбол» больше, чем от всех команд (потому что затраты у них еще какие!) Высшей лиги. Главный редактор еженедельника «Футбол» Филатов с места сказал такую шутку: «А если мы еще разочек бы сыграли!»

Евро-1972

dpa/global look press

Бывший главный редактор «Футбола» Петр Каменченко рассказал «Голу», как в детстве журнал быстро разлетался в киосках, поэтому оставался труднодоступным:

«Футбол» в то время было крайне сложно достать. Стоил он пять копеек и продавался неразрезанным, поэтому его надо было расческой разрезать. Носили специальные расчески.

У него был огромный тираж: рассказывали, что реальный тираж больше, чем у газеты «Правда». При этом ограничение на подписку было серьезное. Чтобы подписаться на «Футбол», нужно было иметь серьезный блат или подписываться на работе через профком. В киоске он исчезал в 8-9 утра, продавался по субботам.

У моего приятеля мама работала в киоске, соответственно оставляла мне «Футбол». Когда я приходил, она продавала мне какую-то газету (например, «Комсомольская правда»), а в нее вкладывала «Футбол», чтобы никто не видел. Я ей давал 10 копеек, а она мне – две газеты: снаружи «Комсомольская правда», внутри – «Футбол». Это огромный плюс, что не надо бежать в 8 утра, а просто прийти в 11».

Понедельник закончил карьеру из-за астмы и стал главредом, а Хомич ездил с «Динамо» в турне по Великобритании после ВОВ и 10 лет работал фотографом

В детстве Алексей Хомич постоянно сидел с младшей сестрой Раисой, пока мама работала. Чтобы поиграть во дворе в футбол, Хомич завертывал ее в пеленки и клал на место штанги. «Верно говорю, под ту руку я бы мышонка не пропустил, сам бы убился», – вспоминал его слова Лев Филатов. Хомич стоял в воротах, когда попал в армию. В 1942 году его отправили в Иран, а через год он сыграл за сборную гарнизона, выиграл Кубок Тегерана и стал лучшим вратарем.

Звездный этап – турне по Великобритании с московским «Динамо» после окончания ВОВ. Тот чемпионский сезон стал для Хомича первым в основе «Динамо», но после матчей с «Арсеналом», «Челси», «Кардиффом» и «Рейнджерс» британские фанаты прозвали его тигром. Больше всех вдохновились в «Челси»: на клубном приеме Хомича не хотели отпускать в СССР и планировали оставить у себя.

Хомич на турне в Великобритании в 1945-м

Daily Herald Archive/NMeM, SPOD0/ Global Look Press

Хомич заканчивал карьеру в минском «Динамо», где с фотоаппаратом ФЭД осваивал работу фотокорреспондентом и снимал одноклубников. После ухода из футбола он прошел спецкурсы в Доме журналистов, а в 1969 году попал в еженедельник «Футбол-Хоккей». Хомич всегда стоял за воротами, постоянно что-то советовал вратарям и из-за погруженности в игру забывал фотографировать, что удивляло редакцию. Место за воротами Хомич считал своим: на ЧМ-1970 в Мексике на матч он получил аккредитацию на съемку только с трибун и с криком «Наших обижают!» перелез через заграждение и охрану и пошел в почетную ложу, где сидел вице-президент ФИФА Валентин Гранаткин.

На могильном памятнике Хомич изображен за воротами – под зонтиком и с фотоаппаратом в руках.

***

В 1966 году перед чемпионатом мира в Англии Виктор Понедельник из-за запрета врачей (мучали приступы астмы) закончил с футболом, когда ему не было 30. Он нашел себя в журналистике, как мечтал в детстве: отец работал собственным корреспондентом по Северному Кавказу в газете «Известия» и предложил ему делать заметки о матчах и поездках сначала для себя, потом – для ростовских газет. «Он мне всегда говорил: «Ты бери с собой в любое путешествие ручку, блокнот и все записывай». Я так и делал. И печататься стал, еще играя», – вспоминал Понедельник.

Молодой Понедельник

официальный сайт «Ростова»

Понедельник сотрудничал с газетой «Труд» и «Известиями», а после окончания карьеры писал для «Советского спорта» и около 15 лет был заведующим в отделе футбола, пока в 1984 году не стал главным редактором еженедельника «Футбол-Хоккей». Там он проработал до лета 1990 года, когда «Футбол-Хоккей» вернул название «Футбол».

«Да, тогда по воскресеньям за нашей газетой очередь выстраивалась у киосков. Мы, кстати, в «Футболе-Хоккее» помогали многим нашим ребятам, у кого случались эти семейные трагедии. Прикрепляли к ним журналистов, они совместно писали материалы, а я выписывал за них повышенный гонорар», – говорил Понедельник.

Каждый материал проходил через жесткую цензуру, цензоры напрямую высказывали Понедельнику и браковали половину текстов: 

«Половину! А сколько фотографий редчайших не пропустили! Вычеркнули безобидные слова Плисецкой. Она сказала на моем юбилее: «Это был мой любимый футболист. Хотя я болела за ЦСКА. Но у меня сердце разрывалось, когда Виктор Понедельник играл против ЦСКА. Я болела и за ЦСКА, и за Понедельника».

Помню, кстати, что очень много замечаний было не по Высшей лиге, а по первой и второй. Там играли команды из городов, где базировались военные гарнизоны. И их нельзя было называть. То есть мы оказывались в идиотском положении, приходилось кое-как выкручиваться».

Олег Кучеренко – легенда спортжура. Он любил сидеть в номере с телевизором и писал тексты ручкой 

После ухода Понедельника главным редактором «Футбола» стал Олег Кучеренко. До этого он 30 лет работал корреспондентом и редактором в отделе футбола «Советского спорта». Кучеренко потреблял футбол через телевизор, но посетил почти все крупные турниры: с 1970-го ездил на чемпионаты мира и Европы и пропустил только Евро-1976 в Югославии.

Журналист Александр Кобеляцкий рассказывал: «В 2004 году в Португалии мы посмеивались над Кучеренко, бродившим по пресс-центру первенства Европы с запакованным в пластик сэндвичем и бумажным стаканчиком с кофе. «Олег Сергеевич, ну что вы себя мучаете? – спрашивали мы его. – Сходите нормально пообедайте».

Кучеренко не знал куда, хотя через дорогу возвышался большой супермаркет с обилием ресторанчиков. Он был равнодушен к красотам и достопримечательностям и наиболее комфортно чувствовал себя в гостиничном номере – с пачкой сигарет и включенным телевизором. Об этой его особенности ходили легенды».

Кобеляцкий выпустил в еженедельнике «Футбол» цикл материалов про финансы в европейском футболе, но мало виделся с Кучеренко: «Кучер» иногда заглядывал в комнату верстальщиков и давал какие-то советы или попадался в коридоре с неизменной сигаретой в руке – он очень много курил. Но относился к пришедшему с улицы непрофессионалу – я тогда даже не помышлял о спортивной журналистике – приветливо и доброжелательно».

В 2006 году еженедельник «Футбол» стал цветным, но при Кучеренко был черно-белым и писался от руки. Петр Каменченко рассказывает «Голу»: «Они вообще не работали на компьютерах, писали от руки, потом машинистка набирала написанное на печатной машинке и приносила им. Они правили по бумаге и отдавали обратно, а машинистка исправляла. Сам «Футбол» они давали на пленках. Там было цветоделение, эти пленки отвозили в типографию. Главный художник – человек, который вообще не владел ни компьютером, ни технологиями. Его надо было привести в соответствие со временем».

Каменченко стал главредом после выдуманного интервью и до этого вообще не писал о футболе. Редакция семь раз спасала его от ухода

В 2004 году Каменченко сменил Кучеренко на позиции главного редактора. Туда его пригласил владелец Александр Вайнштейн, который перекупил «Футбол» у еженедельника «Большой город», где Каменченко работал заместителем главного редактора. Вайнштейн поднял ему зарплату до трех тысяч долларов. 

Их знакомство – комедия:

«Я вел отдел, который назывался «отдел хороших публикаций». Там работал «Золотое перо России» Валерий Джемсович Дранников – из породы Кабакова и Голованова, с которыми создавался первый «Коммерсант». При этом мы его звали драконом – совершенно обаятельнейший человек, который любил сильно выпить. Перед чемпионатом мира-2002 в Японии он брал большое интервью у Вайнштейна.

Дракон к нему поехал. Они поговорили, выпили. Дракон приходит довольно поддавший и отдает мне кассету. Говорит: «Слушай, старик, я все сделал, но не могу расшифровать. Срочно нужно пойти в домжур, потому что мы должны продолжать». Оставил кассету и ушел. Я взял ее, сунул, а она зажеванная – там вообще ничего нет. Как она в начале застряла, так и стояла на одном месте. Надо было что-то делать. В номере уже шло оформление, картинки нарисовали. Я взял и придумал интервью от начала и до конца. Сам задавал вопросы Вайнштейну и сам на них отвечал. Это интервью вышло.

Проходит какое-то время, и прибегает Вайнштейн, чтобы всех убить и разорвать на куски. Кричит: «Кто это сделал?». Говорю: «Ну, я сделал». Вышли на лестницу, а у нас редакция была над рестораном «ПушкинЪ» (это Гнездниковский переулок). Наверное, часа два говорили о футболе. Говорит мне: «Слушай, хорошее интервью-то получилось». Отвечаю: «Да, неплохое».

Каменченко год не соглашался на предложение Вайнштейна, но в итоге принял «Футбол». До этого он не работал в спортивных медиа, но с 1966 года и до распада СССР болел за киевское «Динамо» и называет себя футболофилом: «Когда мне удавалось купить два номера еженедельника «Футбол», один я клал в подшивку, а из второго вырезал все, что касается киевского «Динамо», и клеил в толстую-толстую бухгалтерскую книгу. У меня там были практически все вырезки, которые касались «Динамо» за много лет».

Редакция «Футбола» находилась на «Автозаводской» и работала с понедельника по среду, а в выходные ходила на футбол и возвращалась с новыми материалами к началу недели. «Одну тетрадку и обложку сдавали в среду, потому что в среду игралась Лига чемпионов и мы ждали до глубокой ночи. Из-за разницы во времени иногда получалось, что они заканчивали после часа ночи. После этого верстали обложку, потому что нужно ставить обложку с Лиги чемпионов. В 2-3 часа ночи сдавали», – объясняет Каменченко.

Изнутри редакция выглядела так: «Это была такая разрушенная империя, потому что, с одной стороны, были следы дикого пафоса, с другой – все рушилось и отваливалось. Например, в подвальном этаже были бассейн и сауна, при этом все не работало и было завалено какими-то нераспроданными тиражами. Кабинет главного редактора – 40 квадратных метров. Абсолютно пустой. Там висели вымпелы, стоял стол, на нем – печатная машинка. Выяснилось, что машинка стоит, чтобы прикрывать дырку в столе. Занавески закрывали плесень на стенах. И так примерно во всем».

С собой Каменченко привел только художника Сергея Капранова. После ухода Кучеренко состав редакции сохранился, но не сразу принял нового главного редактора: «Они понимали, что я пришел не из спортивного издания, для них я был ноуменом, потому что футбольные журналисты не очень знают общую журналистику. Мог иметь какое-то приличное имя в журналистике, но в футболе у меня никакого имени не было. Встретили настороженно. У меня тогда были длиннющие волосы, борода. Наряжен был в смесь хиппи и непонятно кого. И вот приходит такой патлатый бородатый чувак, а им говорят: «Теперь это ваш новый главный редактор».

С приходом Каменченко тиражи «Футбола» выросли на 150%: «Когда я пришел, тираж был порядка 100 тысяч. За полтора года подняли его до 200-230 тысяч. То есть больше, чем в два раза, не вложив ни копейки. Только за счет лучшего оформления, лучшего контента, более живых текстов». 

Проблемы начались, когда Вайнштейн продал еженедельник украинскому медиахолдингу. Долги по зарплате скапливались по полгода, а новые владельцы диктовали редакции, по какому графику работать и чем наполнять журнал:

«Доходило до чудовищного маразма. Когда я пришел в «Футбол», у нас была своя бухгалтерия, отдел кадров, водители. Мы были абсолютно независимыми. Они решили, что нужно сделать оптимизацию – ввести нас в холдинг, где есть бухгалтерия, рекламный отдел. Все наше уничтожили, всех вымели и присоединили к холдингу «Популярная пресса».

А там были какие-то женские журналы. Девочки, которые там работали, на полном серьезе настаивали на том, чтобы мы вставляли в еженедельник рекламу женских прокладок и рекламу сайта знакомств. Понятно, что сразу началось возмущение. Родители писали, что не будут покупать подписку, если там будет вся эта дрянь, потому что это читают дети».

Каменченко семь раз увольняли, но его отбивала редакция, которая объявляла забастовку. «Скажу, что коллектив был настолько потрясающим… Наверное, единственный случай в отечественной журналистике, когда коллектив отстоял главного редактора и не один раз», – говорит Каменченко. 

На восьмой раз [в 2013 году] он ушел сам.

Негатив разбавляли атмосферные командировки. Например, на чемпионат мира-2010 в ЮАР вместе с фотографом Сергеем Дроняевым: «Мы там взяли маленькую машину – праворульная, а там левостороннее движение. Водил ее я. Стресс огромный, потому что до этого года три на машине не ездил. Я еще и очки свои, по-моему, не взял. Черти как видел. Были в Лимпопо, были на мысе Доброй Надежды. Объездили очень много.

Было очень холодно, там была зима. В пресс-ложах люди работали на компьютерах в перчатках. Когда дышали, шел пар. Грелись у пушек, которые гоняли горячий воздух. Страна была довольно убитая. Например, Йоханнесбург – центр города – туда фактически нельзя заходить, потому что там небоскребы с выбитыми окнами, негры стоят, жгут покрышки и греются возле них. Уровень криминала очень высокий. Организация, конечно, дурацкая: у кого-то аппаратуру украли, у кого-то еще что, но у нас все было нормально».

Фотограф Сергей Дроняев

личный архив Петра Каменченко

«Футбол» вручал бомбардирам значки из золота и однажды случайно назвал Кержакова игроком года (хотя победил Сычев)

При Каменченко в 2006 году появилось приложение «Великие клубы». Он рассказывает, что эта идея – адаптация украинской версии: «Сама идея «Великих клубов» появилась в Украине у Артема Франкова, но мы довольно быстро начали делать свое издание. Мы выбирали другие клубы. То, что людей интересовало в Украине, не очень интересовало людей в России. У нас, по-моему, вышло четыре номера «Спартака», три номера ЦСКА, два номера «Зенита». «Барселона» выходила раза четыре. Проходило три-четыре года, и мы делали новую «Барселону».

Редакция братьев Вдовиных, которая пришли в еженедельник в 2013 году, больше не выпускала «Великие клубы». Бывший корреспондент «Футбола» Глеб Чернявский рассказал «Голу», что «Великие клубы» закрыли из-за слабой продаваемости: «Они просто не покупались. Там были известные абсолютно всем истории. Ну, кроме «Спартака», ЦСКА, «Реала» и других топов». Читатели просили номера про условный «Бока Хуниорс», но их не делали из-за низкого интереса.

С 1964 года еженедельник «Футбол» через голосование журналистов определял лучшего футболиста сезона в России. В 2005 году им впервые стал легионер – Даниэль Карвальо из ЦСКА. 

Вспоминает Каменченко: «При подсчетах были забавные случаи, как мы лишили Кержакова звания лучшего игрока сезона. Тогда им стал Сычев. Был такой Юра Юдин, он делал подсчеты. В какой-то момент он мне позвонил и сказал, что Кержаков побеждает и с ним нужно срочно делать интервью, потому что это шло сразу в номер. Мы звонили Кержакову, договаривались об интервью, а он у какой-то бабы жил, та какую-то муть начала рассказывать, что может он или не может. Потом Кержаков появился сам. Договаривались, все у нас чего-то не получалось.

Потом приходит Юдин и говорит: «Слушай, а я вот этих не посчитал». Оказалось, что он часть народа не учел. Когда заново пересчитал, получилось, что Сычев пунктов на 12 или больше обошел. Договорились с Сычевым, все сделали. А в Питере то ли сам Кержаков, то ли еще кто-то уже начали болтать, что лучший футболист – Кержаков. Потом выходит «Футбол», а там лучший футболист – Сычев, а не Кержаков. Начали рассказывать: «А, все подстроено. Это Москва, она Питер не любит. Они специально все это сделали».

Еще две истории про премию:

1. В 2016-м вся редакция Eurosport.ru поставила Виктора Файзулина на первое место (тогда Файзулин уже пару лет не играл вообще и был легендой мемов про исчезновение). Редакция «Футбола» убрала почти все голоса – если бы не это, Файзулин вошел в топ-5.

2. В том же году лучшим футболистом стал Федор Смолов. Братья Вдовины на интервью с ним специально летали в Краснодар. Он отстоял в пробках, приехал на встречу с температурой, но разговаривал полтора часа.

В 2019-м впервые в истории еженедельник «Футбол» не определял лучшего игрока года.

Клуб Григория Федотова [советские и российские нападающие, забившие больше 100 голов за карьеру] придумал Константин Есенин – сын поэта Сергея Есенина, который на войне писал стихи про «Спартак», вел статистику и сотрудничал с еженедельником «Футбол». С главным редактором «Футбола» Львом Филатовым он всегда общался на «вы» и любил прогнозы, которые делал по собранной статистике.

С 1967 года клуб Григория Федотова принадлежит еженедельнику «Футбол». Каменченко вспоминает: «Был такой короткий период, когда мы вручали значок из настоящего золота. Помню, как делал это с Романом Павлюченко. «Футбол» вручал приз лучшему игроку сезона в РПЛ – это была калька France Football, потому что первые сотрудники «Футбола» близко сотрудничали с ними и немецким Kicker».

Новый «Футбол» не спас ни молодой состав, ни возвращение хоккея. Умер через год после ЧМ-2018

Петр Каменченко ушел из еженедельника «Футбол» в 2013-м: «Когда я ушел, владельцы искали, кого бы взять новым главным редактором. У них был уровень амбиций: к примеру, выбирали между Рабинером и Уткиным. Понятно, что ни тот, ни другой даже близко не собирался идти в «Футбол» и, возможно, не знал, что их кто-то рассматривает. Когда я подписал заявление, выяснилось, что в «Футбол» никто идти не хочет».

Глеб Чернявский, который работал в редакции Каменченко, охарактеризовал его так: 

«Один из самых эрудированных людей, которых я знаю. Он в футболе не очень разбирался – когда-то болел за киевское «Динамо», но всерьез увлекся поздно и страстно болел за «Реал». Он хорошо знает историю и интересовался в основном историей футбола, а актуальной повесткой ровно настолько, сколько нужно было для работы. Думаю, он делал все, что мог. Его в целом прикалывало, что он главный редактор журнала про футбол, хотя особо никогда не жил им и работал до этого в других сферах.

У Каменченко иногда были длинные волосы, часто ходил в рокерской одежде, знал абсолютно все о музыке – вот скажите ему любую группу, а он в ответ расскажет про все существующие альбомы. Мне иногда рядом с ним не очень комфортно было находиться, потому что человек знает все, а ты – ни хера. В этом же был и минус: если ты приходил к Петру с каким-то вопросом, то тридцать минут слушал лекцию про печенегов и Первую мировую, узнавал неожиданные (и не особо нужные) вещи и уходил без ответа на вопрос.

Ну, или как Ярослав Кулемин [бывший корреспондент еженедельника]: приехал и рассказал ему про романтическое свадебное путешествие, как ездил на Канары. А потом послушал лекцию про завоевание Канар».

Главным редактором стал Денис Вдовин, креативным редактором – его брат Андрей. Денис выпустил приветственный материал, в котором описал новую стратегию развития журнала по схеме 4-3-3. При Вдовиных из еженедельника ушли старые авторы, основу составили молодые журналисты и стажеры. Новая редакция перезапустила соцсети и сделала рестарт сайта.

Денис Вдовин поменял рабочий подход главного редактора. Каменченко приходил к редакции, но часто сидел в своем кабинете. Вдовин почти все время проводил в опенспейсе и контролировал все процессы производства номера.

«У братьев давно была концепция, как поменять журнал, – говорит Чернявский. – Они пришли и адаптировали журнал под современное медиа. Нужно было сделать так, чтобы материалы были актуальными, но не сразу протухали и жили в интернете после выхода номера в печать. Думаю, это получалось: тексты часто мелькали на главной Sports.ru, идеи братьев соответствовали духу времени.

Только здесь нюанс: да, еженедельник вырос, все реформы Вдовиных были верными. Не знаю, как еще можно было превратить пыльный журнал в актуальное медиа. Только как показало время, эти перемены были не особо нужны. Печатная пресса умирала, надо было все это в интернете продвигать под брендом еженедельника «Футбол». Но на это, конечно, не было денег, а журнал глобально существовал на продажах в регионах.

Получился некий конфликт: начали делать современное для тех, кому это не нужно, а тем, кому это могло зайти, был не нужен еженедельник «Футбол», потому что они давно ушли в интернет. Аудитория «Футбола» была индейской резервацией со своими правилам и законами, но вдруг пришли люди и сказали, что теперь живем по американской конституции.

У людей отобрали самое ценное: обзоры европейских чемпионатов. Подписчики журнала годами читали в колонках по четыре тысячи знаков, как прошел тур в каждом из пяти чемпионатов. Вот у них есть любимый автор, который, например, пишет про Бундеслигу – они мечтали прочесть обзор тура от него. Неважно, с каким опозданием и с какой степенью погруженности – есть ритуал и его надо исполнить.

Этого не стало. Как у папуасов: им дали айфоны, а они просят кость с мясом. Так что при всей правильности этих перемен не угадали, что нужно делать, не оценили скорость вымирания печатной прессы. Думаю, если бы все осталось как есть, журнал бы тоже, конечно, помер, но, например, в 2025-м. Потому что еще раз: «Футбол» жил на деньги от преданных фанатов, которые его покупали и выписывали, а не от рекламы».

Никита Коржавин при Вдовиных работал заместителем главного редактора и для «Гола» оценил изменения при них так: 

«Новая редакция была очень молодая. Денис с братом Андреем собрали тот состав, с которым комфортно работать и который можно обучать. Главное – редакция разделяла новый курс, который предложили Вдовины для перезапуска «Футбола». Он был масштабным: новый дизайн, выбор тем, подача контента, перезапуск сайта и работа с социальными сетями. Наша задача – постараться сохранить ядро подписчиков из старых читателей и за счет свежих идей и современных площадок достучаться до молодых любителей футбола».

Когда объем основы журнала уменьшился, еженедельник выпустил приложение «90 минут», где рассказывал о событиях РПЛ и топ-5 лиг. Это снизило затраты на печать бумаги. Дальше еженедельник вернулся к историческому названию «Футбол. Хоккей» и за счет хоккейных материалов привел дополнительных рекламодателей. Их писали комментаторы Александр Неценко и Дмитрий Федоров, а потом редакторы.

Еженедельник «Футбол» сильно зависел от «Теленедели», которая вместе с ним входила в состав издательского дома. Когда у нее появлялись проблемы, тогда страдал и «Футбол». Ситуацию могла исправить покупка новыми владельцами. 

Чернявский объясняет: «Слухи были еще при Петре в 2012-м, там чуть ли не Прядкин покупал, если бы стал президентом РФС. Из смешных моментов – еще до братьев Рабинеру предлагали стать главным редактором, но он отказался и сказал, что не хочет быть гробовщиком».

Еженедельник «Футбол» фактически закрылся в 2019-м, но это могло случиться еще в середине лета 2017 года, когда сохранялись задолженности перед редакцией. Братья Вдовины ставили владельцам условие: если за определенный срок хотя бы часть денег не выплатят, больше номеров не будет. После ЧМ-2018 начались большие неровности по выплатам зарплаты.

Мы поговорили с сотрудником, который на тот момент работал в издании: 

«Было тяжело. В один день мне просто показали письмо к владельцу – вот тогда стало тоскливо. Я не знаю, как точно разрешилась ситуация, но Денис вроде бы добился выплаты всех долгов. К нему у меня мало претензий – он реально старался и выжимал всего себя, чтобы сотрудникам было хорошо. Я даже слышал, что он чуть ли не из своих средств все выплачивал. Какие бы между нами ни были разногласия, он тащил еженедельник. Если бы не его старания, то издание заглохло бы значительно раньше».

Последний комментарий Вдовина о еженедельнике из лета-2019: «Печатная версия не прекратила свое существование. У нас не были напечатаны номера 23, 24 и 25. Решением акционера они не были напечатаны, но были сданы в типографию. Акционер может начать их печатать дальше в любой момент. Никакого окончательного решения не было».

В июне 2019-го вышел последний номер, дальше активность сохранилась только на сайте и соцсетях. О закрытии журнала братья Вдовины ничего не говорили. Говорить с «Голом» Денис Вдовин отказался.

29 мая еженедельнику «Футбол» – 60. 

Не пропусти «ГОЛ» в соцсетях: вк, твиттер, телеграм, фейсбук

Комментарии (7)
Часто используемые:
Эмоции:
Популярные
Новые
Первые
Djivan
29 мая, 17:55

ого, сколько известных людей на фотографии где все в футбольной форме

ответить
Илья Самсонов
29 мая, 18:33

Каменченко - топовый главред. Респект и уважение

ответить
vladik12
29 мая, 18:56

С 2007 по 2013 был неотъемлемой частью жизни и остался в сердце навсегда. С ним познавал не только футбол, спорт, но и весь мир вокруг.

ответить
Nikita Ekaterinchuk
29 мая, 20:39

Как бы тут не хвалили последнее руководство, но при нем издание потеряло свое лицо, в материалах было очень много воды, качество текстов очень сильно пострадало.

Старые выпуски сейчас смотрятся как энциклопедия времени и их до сих пор интересно читать. А последние выпуски -- открыть и закрыть. Он стал просто неинтересным, как и СЭ после Кучмия.

ответить
попкорный слуга
29 мая, 22:03

лайк, если тоже собирал оттуда постеры

ответить
Ha2way
30 мая, 00:46

Помню как всю начальную школу школу покупал по выпуску каждую неделю.

ответить
Valerchiki
30 мая, 10:37

Журнал, который привил мне любовь к чтению. Помню, как откладывал на него деньги со школьных завтраков и прятал от мамы, чтобы не нашла.

ответить